| Log.119 atomos = meristos |
[Feb. 3rd, 2010|02:19 am] |
| [ | Tags | | | .exe | ] |
| [ | Current Music |
| | АукцЫон - С Днём Рождения! | ] |
Поняв, что есть "быть частью Вселенной, оставаясь целым", — стать ей.
Путь — вперёд и вверх.
Принцип взаимосвязи развития, уровня, достижений общих с личными, личных с общими.
Принцип — ответственность и память.
Единицы, создающие множество равных и входящие в него — частью целого, целой частью.
Привет, мне снова 22 и я продолжаю начинать, начинаю продолжать
*) |
|
|
| Log.118 Species Evanescens |
[Jan. 23rd, 2010|05:36 pm] |
| [ | Tags | | | .lit | ] |
| [ | Current Music |
| | Пикник - Ночь | ] |
Серое небо. Монотонно бьются о скалы волны. Одинокая птица в небе.
Что тебе еще нужно, чтобы быть здесь счастливым?
Между двух языков, как Тиресий, без слов и уже почти что без чувств,
Ты отмериваешь свое одиночество на весах оскудневшего сердца.
Пойми, не ты первый, не ты и последний, кто чувствовал это.
Но тебе все же кажется, что ты тот, кто должен сказать нам об этом.
Говори же, если ты можешь, если только этот шум ветра не сводит тебя с ума.
Говори же, если только этот безумный крик чайки не расскажет нам больше.
Говори же, если только не подведет тебя сердце или что-то еще там внутри.
Ведь сколько осталось тебе не знают ни эти сирены, раскинувшиеся внизу на камнях,
Ни бог древних книг, ни это небо, ни эта трава.
Не знает никто, ведь природа не склонна ни думать, ни знать.
Она просто стоит, как на треноге картина,
Пока кто-то смотрит на этот пейзаж, на нас с тобой, на всю эту спешку,
Смотрит бессмысленным взглядом младенца
У берега моря, смывающего все наши песочные города
Навсегда и наверно.
2005
***
Забудь о своих несчастьях, ведь сюда приходят, чтобы испытать здесь хоть что-то.
Там, откуда ты родом, там нет ничего такого, ни радости нет, ни боли.
Только здесь, где сознание твое оживает в крови, в глубоких сосудах,
Только здесь ты сможешь узнать все таким, каким оно есть в самом деле.
Новые города все похожи на те, что ты уже видел раньше.
В глазах любимой все тот же отблеск, и ты принимаешь это,
Хотя и не можешь вспомнить откуда тебе это известно.
Ты просто говоришь: это мое, а вот это – чужое.
Твоя душа зажата между тяжелыми плитами, как саркофаг в египетском храме.
Твоя душа чувствует тяжесть мира, все его несчетные атомы,
Все эти загадочные поля и влияния, все давит и оставляет на ней свой след.
Постепенно, накапливая все отпечатки, ты становишься слепком этого мира.
Куда бы теперь не попал ты, все сразу видят с кем и где был ты, кем стал ты.
Когда ты пришел, твоя душа была словно лист пергамента с древними письменами.
Хрупкий и тонкий лист, с непонятными знаками, с изображениями волшебных птиц и животных.
Когда ты уйдешь, все это станет ландшафтом, появятся морщины и впадины, горные перевалы.
Появятся реки, леса, города, острова, заливы. Все, что ты видел здесь внутренним взором,
Все воплотится, восстанет из букв и знаков.
Иероглифы превратятся в развязки дорог, птицы – в любимых, все оживет и отыщет свой смысл.
Хрупкий пергамент обретет эластичность, станет гибким и влажным.
Растения и животные побегут по долинам и выше, в горы, там будут и люди, и все их владения.
И только тебя там не будет.
Ты исчезнешь навек, отдав плоть и кровь свою миру.
И сбудется сказанное в тех письменах, и все воплотится.
Но ты сам никогда не узнаешь об этом.
2005
— Андрей Бронников (сборник "Корни времени")
( Nothing is new. Nothing comes from another place. ) |
|
|
| Log.117 gorfar butnear |
[Jan. 21st, 2010|08:16 am] |
Я редко пишу от собственного лица напрямую, да ещё и обращаясь к любым своим читателям, но иногда выпадает настроение и желание, так что сейчас — в этом жанре.
Признаться честно, мне порядком надоела система "Log.X"`ов заведённая в далёкое лето две тысячи седьмого, для окончательного завершения стилистической концепции. Я пожалуй допишу в данных рамках ровно до 121 пронумерованного послания к второму второму сего года, а после продолжу — свободен, ярко дерзок и мил.
Мне так порой хочется сказать вам всего несколько слов, например, о том, что без эпитетов и метафор со мной, что вокруг и как всё это мне кажется. Написать три рецензии в одну строку, что-то вроде — "У Ано был Кит, он снимал робкие романтические ленты, а после промывал холодной жестью солёных вод.
Его так и звали — Кит, Китано — так появились на свет "Брат якудзы", "Сцены у моря" и "Кикуджиро".
Ну или — "Апокалипсис откладывается, никакой паники, а пока — эклипс. — и свет гаснет в мире. А она улыбается. — Конец Сэта. Начало времени".
И просто иногда предлагать вам, как сейчас, поинтересоваться у меня, что я думаю о вашей конкретно персоне, на самом деле — без лишних слов и строго по делу. Ну, или задать любой вопрос — я вам отвечу.
see ya, comments screened |
|
|
| Log.116 qk |
[Jan. 4th, 2010|02:38 am] |
| [ | Tags | | | .txt | ] |
| [ | Current Music |
| | Muse - Uprising | ] |
Иногда бывает так, что весна. Непонятно почему, но весна. Где-то март, скорее апрель, конечно. Тысяча имён для странника. Перекрёстки больших дорог. Одно имя, что я вспомнил. Навсегда.
Все мертвые обретут покой — цена победы. Я открываю глаза где-то на тонком срезе снега и разбитой бетонной стены. На изломе зла тысячные осколки чести. Где-то последние бои за Рейхстаг.
— Кто бы ни брал Рейхстаг, кто бы ни защищал Рейхстаг — герои, навсегда, — на мне военная форма без знаков различий и чужие сны. Свободное падение вверх. Занавес молчания.
Лето на Меркурии, стеклянное море, небо цвета индиго, дикая степь. Принцесса стоит смерти. Леди Феникс. Последняя богиня.
По закону перелётных птиц движется история этого мира — что было когда-то, то и вернётся вместе с Весной. Канун Рождества. Другая заря.
И всё хорошо. |
|
|
| Log.115 allnothingall |
[Dec. 17th, 2009|03:51 pm] |
| [ | Tags | | | .exe, .txt | ] |
| [ | Current Music |
| | Joe Hisaishi - Angel (OST "Fireworks") | ] |
Входите тесными вратами, потому что широки врата и пространен путь, ведущие в погибель, и многие идут ими
(Мтф, 7-13)
Душа — есть активное начало человека. Она, помнящая о вдохновении Творца, имеет непрестанное, изначальное стремление к продолжению вложенного в неё, и от того взывает к человеческой активности во избежании участи тех потоков, что стали смрадными болотами, мельчающими озерами застойной воды, лужами или просто миражами среди кладбищ песка и обжигающего суховея.
Подобно реке, ведущей своё рождение от льдов первозданной чистоты и высокогорных подземных ключей, быть в движении всевременно, не давая себе ни мысли, ни права на остановку, неся влагу и саму жизнь окружающему, не копя и не утаивая того, что не имеет ни смысла, ни пользы копить или прятать, дающую великую радость и честь в самой возможностью, пропуская сквозь себя сами линии жизни, отдавать миру, не имея ни жажды к благодарности, ни желания к тому, чтобы быть оцененным.
Время разбрасывать камни, и время собирать их — ибо всему своё время и всему своё место. И всякая тварь и всякая вещь несёт свою ношу и продолжает беспрестанно своё рождения, и от того ощущает свое право на бытие, основу в действиях, смысл и цель во всём окружающем. И от того так удивительно ежедневное, простое, искрящееся чувство гармонии и духовной близости с миром, где всякий связан с каждым, и каждый привлечён к судьбам других и мира всего.
И лишь то, что прекратило движение, что вечному бытию предпочло текущее и будничное, что плотиной своеволия оградило себя от Воли, вложившей её в неловкие головы и сердца, будет остановлено и откинуто, как сорная трава и бесплодные посевы, той мерой соответствия миру, что отделяет зёрна от плевел, суть от формы, подобие от образа.
Но где нет света, там нет и тени. Там, где отпадают значимость и важность, где нет имён всему, где не делят Истину на понятные смыслы — там, лишившись всякого смысла, растворившись во всём и став всем, смыв личность и маскарадную индивидуальность — можно стать наконец-то собой.
Что было сказано единожды, то разлетится эхом дёрганых отзвуков и рваных пересказов, сходящихся в невнятный ропот толп и кричащий эфир какофонии. Что вошло в призму ворот мира земного лучом света, то войдёт в мир растрёпаной радугой исходного, взъерошенным спектром вариантов единого.
Все снежинки вернуться на небо, где вопросов нет и нет ответов, где нет иных вариантов кроме их отсутствия. Забывший себя, забудет и память, и прошлое, и воспоминания, и, уходя со сцены жизни и смерти, мимо бесчисленных рядов эпох-декораций, сумеет вернуться домой. Нет смерти, есть страх окончания себя. Нет страха, есть вера в бесконечность безначального, в необозримое продолжение внеизмеримого.
Дождь идёт всегда вверх, чтобы перевалиться водопадом за край неба, где нет уже ничего и всё уже есть. |
|
|
| Log.114 The Earltown. Her Meet |
[Dec. 11th, 2009|06:33 am] |
| [ | Tags | | | .exe, .txt | ] |
| [ | Current Music |
| | Recyclone & Soso - The Earltown Hermit | ] |
Неоновая вязь, древние знаки огнями реклам, слова в номерах машин, видео конференции с окнами вечерних домов.
Этот город никогда не перестанет проверять мои нервы на прочность непогодами и приходящими вновь и вновь мглистыми, цементными утрами. Снова и снова ветер прорезает мою тонкую одежду и впивается в беззащитное моё перед ним тело и остаётся тянущей скованностью где-то под сердцем и в лёгких.
Ни как не удаётся унять дрожь в руках — сигарета уверенно делает всё из нижнего брэйка, что не далось когда-то мне. Наверное, в обступающем мраке это выглядит художественным актом — примёрзший мим строит из себя художника со светящейся кистью, что не проводит и мига на одном месте.
Никто не видит этого — тёмные проулки, пустые дворики — потише, посуше и поменьше ненужных-лишних глаз.
Зима не спешит сюда почему-то. Переменчивая, от лёгкой нервной дрожи до маниакальных припадков при смене циклонов, она делает вид, что не знает, о чём я сейчас вообще говорю. Ну да, эта мягкая земля под моими ногами, эта зелёная трава, эти будто бы молодые почки на всех кустарниках — всё говорит не в пользу моего мнения. И не в пользу города.
( Read more... ) |
|
|
| Log.111 Strange Days |
[Nov. 15th, 2009|09:50 pm] |
| [ | Tags | | | .txt | ] |
| [ | Current Music |
| | Saltillo - Remember me? || KoЯn - Last Legal Drug | ] |
Декабрь. Утро. Ещё рано. Холодно. Ладошкой оттираю замёрзшее окно и растрескавшиеся рамы; им тоже — холодно. Выгоревшая коричневая краска отламывается и падает на пол сгустоком запёкшейся крови. Вглядываюсь в тонкий просвет — край провода, следы машин, уголок зелёной лавочки возле парадной, пара птиц и больше ничего. Ещё долго будет темно. Ещё слишком рано.
Здесь тусклые цвета и краски. Будто их вытягивают. А всё, что яркое и блестящее, кажется дешёвой бижутерией из газетного ларька около любого метро. Коридор, холодный кафель, шкаф, левая дверца скрипит, книги стопками, ночник, фотографии на стенах и по полу, одеяло, стойка, вода по трубам. Шарф, чай, пепел, шаги на лестнице.
Большой город из тонкой папиросной бумаги. Разрезы проспектов и переулков. Иногда кажется, что весь дом слышит, как бьётся моё сердце здесь. Большой город из ломких картонных стен. И купол декабрьского стеклянного неба, и, когда кто-то трясёт этот мир, падает заготовленный навсегда снег.
Герои сказок о сотворении чуда в предписанном мире людей. Образец для избегания, объект для насмешек, держащая сила. Прятки насмерть и пожелания счастья. Красота на выживание и дорогие лимузины. Холодные женщины, дорогие костюмы, большие цифры счетов и всё оставшееся для других. Это не война — это охота.
Ночной ветер, закрытое метро, пластика смятых газет, хлопающая дверь на другой стороне улицы, шумящие деревья и никого рядом. Мерцания, блики по воде, зыбкое марево границ и переходов. Сухие цветы, другое лето, листочки стихов и всё ещё будет.
Декабрь. Утро. Скоро.
И будем мы, и будет тепло. |
|
|
| Log.110 Post Ludium |
[Sep. 19th, 2009|08:18 pm] |
| [ | Tags | | | .txt | ] |
| [ | Current Music |
| | Gothminister - Wish | ] |
Теперь я знаю, как выглядит вечность, бесконечность, беспрерывность. Вечность — это одиннадцать станций метро, от Пионерской и до Московской. Вечность назад, вечность вперёд. Многое изменилось, так мало поменялось. Вечность вперёд, вечность назад.
Если когда-нибудь у меня будет возможность упасть глазами в чьи-то руки, плечи или волосы, то я обязательно прошепчу лучшее стихотворение эпохи —
Black Black Black Black Black Black Black Black Black Black Black
Black Black Black Black Black Black Black Black Black Black Black
Black Black Black Black Black SUN SUN Black Black Black Black
Black Black Black Black Black SUN SUN Black Black Black Black
Black Black Black Black Black Black Black Black Black Black Black
Black Black Black Black Black Black Black Black Black Black Black
— и будет ночь. И можно будет помнить, и можно будет забывать. И будет можно всё.
Любить грустных, трагических, с разломом женщин — это не удовольствие, но очень красиво. Особенно если оттуда, из этой открытой раны идёт свет, или ветер, или дождь, или холод, или кровь со ртутью, что-то необъяснимое и ненужное, но знакомое, близкое и такое нежное, что невозможно устоять и не припасть губами, шепча эти глупые, ненужные строки про чёрное солнце, которое восходит на закате дней эпохи и начале нашей истории.
И у неё нет конца, только свет далёких холодных планет, что помнят наши шаги, слова и позы. Наши руки, голоса и мысли. Только близкая радость, только светлая грусть. Только колкие рассветы, осыпающиеся инеем с наших ресниц. Только тепло, которым греют руки, выдыхая из лёгких не пар и воздух — любовь. И всё будет так. Я обещаю. |
|
|
| Log.109 Deep Above |
[Sep. 13th, 2009|08:26 pm] |
| [ | Tags | | | .txt | ] |
| [ | Current Music |
| | She Wants Revenge - Red Flags and Long Nights | ] |
Когда-то он стоял на каменных плитах у входа в храм и смотрел на восход божества из-за тонкой линии горизонта. Божество приветствовало его прохладными ещё голубоватыми лучами. Он приветствовал божество стоя, улыбаясь. Потом божество проникало в храм через широкие проёмы в стенах и заполняло его целиком. И так было долго, и казалось так всегда будет.
В другом мире он стоял на вершине великой гробницы, а вокруг лежали бескрайние леса. И в тот момент, и в том мире, что лежал вокруг и заканчивался там, где кончалось его представление о нём, были лишь он и его божество. Божество говорило с ним каплями месяцев дождя, он говорил с ним влажными копьями ресниц и взглядом в единственный глаз бури. И ничто не могло измениться.
И когда вокруг были только шторм, скрип и скрежет, он слышал своё божество в каждом ударе волны, он слышал, как оно ждёт и молчит, знал, что в этом молчании нет безразличия, нет участия, есть лишь возможность соответствия. И для своих людей он становился высшим словом, ввергая их в волю.
И когда, он входил со своими братьями в город своего божества, неся его имя, как знамя и меч, не было никого, кто мог бы быть против этих людей и их знамени. И только перед ним они преклоняли колени. По-настоящему.
Но где он сейчас и что стало с ним — меньше других изменился он, его божество и сам мир? Свет становится красным, отражение двоится, ещё пара затяжек и никакой морали в конце. |
|
|
| Log.108 for Her pleasure |
[Sep. 7th, 2009|02:37 am] |
| [ | Tags | | | .girl, .id, .txt | ] |
| [ | Current Music |
| | Tiamat - Vote for Love | ] |
Too late for me...
...or just in time.
В гавани не осталось кораблей. В туманные утра, в неясные зори их увели капитаны, чьи глаза так похожи на море. Над пристанью бьются лишь стяги, чья плоть — шёлк, и ветер рвётся здесь в клочья о заросли шиповника. Быть кораблём, быть капитаном — всегда одно и тоже. Простая красота. И такая простая истина.
Приходящий из тьмы
Уходящий во тьму
- Привет.
( В моём теле так много красивых осколков ) |
|
|
| Log.107 Ancient Prayer |
[Aug. 30th, 2009|11:21 pm] |
| [ | Tags | | | .exe | ] |
| [ | Current Music |
| | Thievery Corporation - The State of the Union | ] |
Господи, Боже мой!
Удостой меня быть орудием мира Твоего.
Чтобы я вносил любовь туда, где ненависть.
Чтобы я прощал — где обижают.
Чтобы я соединял — где есть ссора.
Чтобы я говорил правду — где господствует заблуждение.
Чтобы я воздвигал веру — где давит сомнение.
Чтобы я возбуждал надежду — где мучает отчаяние.
Чтобы я вносил свет во тьму.
Чтобы я возбуждал радость — где горе живет.
Господи, Боже мой! Удостой!
Не чтобы меня утешали, но чтобы я утешал.
Не чтобы меня понимали, но чтобы я других понимал.
Не чтобы меня любили, но чтобы я других любил.
Ибо кто даёт — тот получает.
Кто забывает себя — тот обретает.
Кто прощает — тому простится.
Кто умирает — тот просыпается в Вечной Жизни.
Аминь.
— Святой Франциск Ассизский (перевод архиепископа Иоанна (Шаховского)
|
|
|
| Log.106 Inner Argentina |
[Jul. 20th, 2009|04:18 pm] |
| [ | Tags | | | .txt | ] |
| [ | Current Music |
| | Mark Batson - War/Set Up Mr.Chang Send Regards | ] |
Эстебан, ты погиб в полупьяной портовой драке. На отсыревших досках теперь лежит твоё молодое тело. Всё твоё тело, милый Тебан, в крови и юных порезах. На левой руке намотан твой плащ, дорогой Тебанито, а верная наваха зажата в правой. Вахо, настоящий вахо. Давай мы закроем твои глаза, дорогой друг, это был славный танец со смертью, а теперь засыпай. Всё уже кончилось.
Мы выходим. Смеркается. Туниа, девчонка лет пятнадцати, что привела нас сюда, накидывает на тонкие плечи потёртый синий плащ и уходит. Её ждёт старый дом в усталом проулке недалёко от рынка, кошка, скрипящий пол и бабушка, между ресниц которой натянули свои колыбели маленькие пауки. Прощай, Туниа, и спасибо. Может быть, мы ещё встретимся.
Я и Бето долго смотрим ей в след. Всё-таки она замечательная, и как хорошо, что мы ещё живы, — думаем одновременно и начинаем пробираться сквозь нечистоты и грязь, от тусклых лучин к электрическим фонарям, к центру Буэнос-Айреса. Где-то там, в районе Сан-Тельмо есть тихий и чистый ресторанчик для своих "У Роберто". Бето представляет, как откроет дверь, скинет куртку, зажжёт свет, сделает мне мате и начнёт ждать гостей. Мне кажется, он сможет стать счастливым.
На заднем дворике у Бето есть превосходный гамак, в нём приятно лежать, пить и думать о своём. Из-за дверей доносится музыка, обрывки фраз и клочки указаний напополам с приветствиями Роберто. Солнце совсем переоделось в Луну и теперь щеголяет первозданной наготой. Пошлю ей воздушный поцелуй, пусть знает, что я её не забыл.
( Read more... ) |
|
|
| Log.105 Scenario |
[Jul. 13th, 2009|07:11 pm] |
| [ | Tags | | | .shift | ] |
| [ | Current Music |
| | Dismal Euphony - Flyineye | ] |
Сначала горы — это горы, а реки — это реки.
Небо здесь серое, вспаханное разломами, обезвоженное и сухое, старое и морщинистое. Как чья-то жизнь, как церковная фреска, как степная земля в ожидании редкого дождя, как обветренное лицо спившегося рыбака с окраины мира. Сквозь прожилки трещин накипает патиновый золотой свет. Тепло, даже душно. А ещё вееетер. Романтика, блять — замечает Джекилл.
— Джекилл, Джекилл, что не весел? Что мой милый загрустил? Али день тебе не светел, али край тебе не мил?
— Отъебись, а?
Джекилл в районе Кафедрального Собора фигура заметная. Можно сказать, единственная, не считая Собора и ветра. Но до Собора нет никому дела, а ветра так никто и не видел. Сто восемьдесят, сто десять, двадцать шесть — чистая математика ненужных данных. Что ещё? — редкие чёрные волосы, крупное сложение, прищуренные глаза непонятно-карего цвета, выдающийся подбородок — внешность обыденная и непритязательная. Но ветру нравится.
Раньше Кафедральный район болтался где-то возле Гротто Гетто и Края света, но теперь, с появлением Джекилла, он постоянно делает вид, что куда-то идёт и вот-вот, уже скоро встанет на нужное место, хотя просто мечется на месте, как нагретый электрон в кристаллической решётке. Впрочем, Джекилл об этом не знает и не догадывается, а просто обходит свой район стороной.
— Джекилл, Джекилл, что ты ходишь? Что ты ищешь здесь, родной? Нет, не будет здесь спасенья, не вернёшься ты домой.
— А иди-ка ты нахуй.
Ветру смешно, а Джекилл уходит дальше.
( Read more... ) |
|
|
Log.104 Meaning-Yes (by ![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif) mesar_kaes) |
[Jul. 13th, 2009|05:52 pm] |
| [ | Tags | | | .shift | ] |
| [ | Current Music |
| | Neil Young - Hey Hey, My My (Into the Black) | ] |
— Сложно носить белые вещи. Есть автомат с водой, но в нём только содовая в алюминиевых банках. Говорят, иногда вместо содовой в банке коньяк, мне повезло, мне ни разу не попался. Воды нет. Даже не вспоминая о трудностях переработки алюминиевых банок и сопутствующем вреде для атмосферы, я ужасаюсь тому, сколько вреда я причиняю себе, употребляя это каждодневно, даже по нескольку раз в день. Я стараюсь сдерживать себя, но никакой альтернативы нет. Ах да, о белом — я не могу ничего постирать.
Чека сидит на краю и смотрит вниз. Её ноги расправлены по ветру, но она всё ещё сидит на краю. Все поднебесные доски щедро щербят ручками, только поэтому по поднебесным доскам и можно передвигаться.
— В конце концов, ветер_всегда_дует_в_одну_сторону — против_тебя.
Ручки очень крепкие и каждая, сделанная точно под человеческую руку, всадит в эту руку столько заноз, что ими можно покормить — всего раз, но досыта — небольшого бобра. Так что руки у Чеки тоже очень крепкие. А ноги уже почти не отрывает от тела, когда Чека их так расправляет.
— Сами доски довольно гладкие. Поэтому главное для любого местного — не передвигаться по доскам. Я им завидую. Главное — летать осторожно. Кто_знает, что_будет, если_залететь_за_край. А ветер всегда дует в одну сторону. А ещё они очень маленькие. Здешние, в смысле.
Единственный кусок ткани, имеющийся на досках — белое платье Чеки.
— Оно немного похоже на крылья. И мои ноги немного похожи на крылья. Удивительно, сколько есть предметов, похожих на крылья, если их пустить по ветру. С определённой точки зрения, конечно. Да, здесь я имею право говорить любую чушь, но так скучно ни с кем не спорить.
Чека расправляет платье правой рукой и быстро хватается за ручку.
— Раны ужасно чешутся. И всё остальное ужасно чешется. И здесь бы ничего, здесь_важнее_держаться, но когда я прихожу на камни, я просто не могу устоять. А руки у меня давно в дырках.
Платье, конечно, никак не выглядит белым. Оно пёстро-насыщенное, грязь и кровь выкрасили его во все чёрно-серо-буро-красные оттенки. Да, в поднебесье есть грязь. По общему состоянию платье тянет в лучшем случае на рубище, не на платье. Но
— Ниток. Да, мне не хватает ниток. Боюсь, иголок у меня уже предостаточно. Моё белое платье могло бы быть и короче, кстати.
это просто название, которое обманчиво похоже на определение.
— Спать здесь себе могут позволить только мелкие. Я обычно сплю в торговом квартале. То есть на поднебесных кирпичах. Ветер никогда не дует в их сторону. Почему я сейчас не там? Это просто. Потому что каждый шаг_пребывания_стоит_четыре_соломинки, а я редко ловлю больше шестнадцати. Да, мне чертовски скучно.
( Read more... )
|
|
|
| Log.103 Deathintegration |
[Jul. 6th, 2009|08:53 am] |
| [ | Tags | | | .exe | ] |
| [ | Current Music |
| | Akira Yamaoka - You're Not Here (feat. Mary Elizabeth McGlynn) | ] |
Тридцать градусов удушья под пряным, тёплым и умирающим небом. Запах Востока — ты чувствовал такой же, когда впервые увидел рядом с собой мальчишеское скомканное аварией тело, которое вёз в ближайшую больницу с той пустой ночной трассы. Переломы, кровь и стоны, и этот сладкий, приторный запах — всепроникающий, забивающийся в ноздри на годы — ты и сейчас вспомнишь его без труда.
///
Серый воздух. Не чистый, не свежий, не живой. Что ты ещё можешь сказать мне о воздухе?
— Серый.
Пустая улица. Пустой город. Здесь никогда его не было. Только воздух.
— Мы его бросили здесь восемь лет назад.
— Он знает?
— Догадывается.
— Новое звание каждые полгода — не так плохо.
— Никого уже не осталось в Наполи больше.
///
Среди человечества я раньше искал людей, а теперь —
Здесь нет больше мужчин, кроме тех, что я полюбил и сделал братьями.
Здесь больше нет и женщин, кроме тех, что я люблю и называю девочками.
И нет здесь и не будет других детей, кроме моих.
Уходящие провода. Близкий сигнал. Нежный голос. Бледные буквы. Дежа вю. И распадающиеся сны.
От того, что я знаю, так мало меняется.
///
А он выходит на балкон под Ямаоку, курит и смотрит на небо. А небо нежное, упругое и тёплое, как молодая, девичья грудь. Целует его в соски просветов, говорит с ним, а небо целует его пальцы грозовыми каплями дождя, набегающего каждый раз, когда он выходит курить под Ямаоку.
И каждый раз желает одного — чтобы они были счастливы, а он как-нибудь.
Amen |
|
|
| Log.101 Waltz Of The Demons & Angels |
[May. 30th, 2009|12:36 pm] |
| [ | Tags | | | .id, .tmp | ] |
| [ | Current Music |
| | Otto Dix - Вальс // Otto Dix - Отражение | ] |
Достоверны только сны.
Длинный коридор с безнадёжно-огромным количеством дверей вдоль узкой прямой, освещённой тысячью ярких белых ламп. В конце маячит одинокая фигура. Я иду от конца к началу, от омеги к точки сборке, к альфе от финальной прямой — иного пути нет и не будет никогда.
Я пробовал бороться, пробовал уворачиваться от залпов с той стороны — всё бесполезно. Каждая попытка оканчивается респауном в исходном положении, а в голове всё так же, снова и снова звучит безучастный голос:
Visor is an enigma who says nothing about his past, letting his weapons do all his talking for him.
Шаг, прыжок, стрейф в сторону, рокет джамп, томное ощущение долгожданного полёта, спресованного в промежуток от двух до трёх секунд — и снова гибель, респаун и второй трек из возможных двух:
Id enforced a rigid, brutal code of justice. Id never admits defeat and shows no mercy in defence of order.
Тысячи попыток победить в этой войне, где всё окончится респауном, воскрешением и новой попыткой быть кем-то другим, кем не суждено быть никогда и нигде.
Наконец, я опускаю ствол своего оружия и просто бегу вперёд — фигура зеркально следует ко мне, мы бежим друг на друга, друг к другу — и коридор становится меньше, сжимается в пространственный прямоугольник единственной двери — и вот мы проскакиваем арку дверей, сливаемся и падаем в темноту наших снов.
И не было никогда никакого коридора, как не было никогда и меня, и того парня с другой стороны, как не было никогда и никогда уже не будет другой стороны.
|
|
|
| Log.100 Entryway of Love |
[May. 22nd, 2009|12:03 pm] |
| [ | Tags | | | .girl | ] |
| [ | Current Music |
| | All India Radio - Sunshine Briefly | ] |
Просыпаемся в пустом и тёплом городе. За окнами — самое начало Солнца, на часах — восемь после полуночи. Начало лета. Все хорошие истории должны заканчиваться так. А наша только начинается.
Когда я открываю глаза, ты лежишь на спине и держишь меня за руку, сквозь потолочное окно видно, как по гладкому, чуть влажному небу ползут ленивые ватные облака. Всё хорошо, говоришь ты, население эвакуировано, скоро здесь будут танки.
( The Quiet Ambient ) |
|
|
| navigation |
| [ |
viewing |
| |
most recent entries |
] |
| [ |
go |
| |
earlier |
] |
| |
|
|
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/community.gif){kind=small}
